Неточные совпадения
Дело в том, что Обломов накануне получил из
деревни, от своего
старосты, письмо неприятного содержания. Известно, о каких неприятностях может писать
староста: неурожай, недоимки, уменьшение дохода и т. п. Хотя
староста и в прошлом и в третьем году писал к своему барину точно такие же письма, но и это последнее письмо подействовало так же сильно, как всякий неприятный сюрприз.
Он уж прочел несколько книг. Ольга просила его рассказывать содержание и с неимоверным терпением слушала его рассказ. Он написал несколько писем в
деревню, сменил
старосту и вошел в сношения с одним из соседей через посредство Штольца. Он бы даже поехал в
деревню, если б считал возможным уехать от Ольги.
Поверенный распорядился и насчет постройки дома: определив, вместе с губернским архитектором, количество нужных материалов, он оставил
старосте приказ с открытием весны возить лес и велел построить сарай для кирпича, так что Обломову оставалось только приехать весной и, благословясь, начать стройку при себе. К тому времени предполагалось собрать оброк и, кроме того, было в виду заложить
деревню, следовательно, расходы было из чего покрыть.
— Ну, напиши к исправнику: спроси его, говорил ли ему
староста о шатающихся мужиках, — советовал Тарантьев, — да попроси заехать в
деревню; потом к губернатору напиши, чтоб предписал исправнику донести о поведении
старосты.
Счеты в
деревне сводил
староста. «Что ж тут было делать науке?» — рассуждал он в недоумении.
Со времени смерти стариков хозяйственные дела в
деревне не только не улучшились, но, как видно из письма
старосты, становились хуже. Ясно, что Илье Ильичу надо было самому съездить туда и на месте разыскать причину постепенного уменьшения доходов.
Чу! конь стучит копытами,
Чу, сбруя золоченая
Звенит… еще беда!
Ребята испугалися,
По избам разбежалися,
У окон заметалися
Старухи, старики.
Бежит
деревней староста,
Стучит в окошки палочкой.
Бежит в поля, луга.
Собрал народ: идут — кряхтят!
Беда! Господь прогневался,
Наслал гостей непрошеных,
Неправедных судей!
Знать, деньги издержалися,
Сапожки притопталися,
Знать, голод разобрал!..
В половине июля к Левину явился
староста сестриной
деревни, находившейся за двадцать верст от Покровского, с отчетом о ходе дел и о покосе.
Староста, важный мужик, произведенный Сенатором и моим отцом в
старосты за то, что он был хороший плотник, не из той
деревни (следственно, ничего в ней не знал) и был очень красив собой, несмотря на шестой десяток, — погладил свою бороду, расчесанную веером, и так как ему до этого никакого дела не было, отвечал густым басом, посматривая на меня исподлобья...
В
деревню писал он всякую зиму, чтоб дом был готов и протоплен, но это делалось больше по глубоким политическим соображениям, нежели серьезно, — для того, чтоб
староста и земский, боясь близкого приезда, внимательнее смотрели за хозяйством.
Но явился сначала не человек, а страшной величины поднос, на котором было много всякого добра: кулич и баранки, апельсины и яблоки, яйца, миндаль, изюм… а за подносом виднелась седая борода и голубые глаза
старосты из владимирской
деревни моего отца.
Старосты и его missi dominici [господские сподручные (лат.).] грабили барина и мужиков; зато все находившееся на глазах было подвержено двойному контролю; тут береглись свечи и тощий vin de Graves [сорт белого вина (фр.).] заменялся кислым крымским вином в то самое время, как в одной
деревне сводили целый лес, а в другой ему же продавали его собственный овес.
«Ты, мол, в чужой
деревне не дерись», — говорю я ему, да хотел так, то есть, пример сделать, тычка ему дать, да спьяну, что ли, или нечистая сила, — прямо ему в глаз — ну, и попортил, то есть, глаз, а он со
старостой церковным сейчас к становому, — хочу, дескать, суд по форме.
Зато он не имел
старосты, сам вставал до свету, ходил по
деревне и выгонял крестьян на работу.
Матушка волнуется, потому что в престольный праздник она чувствует себя бессильною. Сряду три дня идет по
деревням гульба, в которой принимает деятельное участие сам
староста Федот. Он не является по вечерам за приказаниями, хотя матушка машинально всякий день спрашивает, пришел ли Федотка-пьяница, и всякий раз получает один и тот же ответ, что
староста «не годится». А между тем овсы еще наполовину не сжатые в поле стоят, того гляди, сыпаться начнут, сенокос тоже не весь убран…
С таким добрым намереньем и свез
староста Карпа Морковкина в
деревню Поромову.
Подвернулся
староста с десятским из
деревни Поромовой.
— А видите, какое дело, паныч, — ответил Ярмола необыкновенно мягко, — ни одного грамотного нет у нас в
деревне. Когда бумагу какую нужно подписать, или в волости дело, или что… никто не может…
Староста печать только кладет, а сам не знает, что в ней напечатано… То хорошо было бы для всех, если бы кто умел расписаться.
— Сбегай в
деревню, позови
старосту и десятского, — обратился к сотскому Карамышев. — Я думаю арестовать обвиняемого… — заметил он Невскому.
В то же самое время
староста, нисколько не занимавшийся устройством
деревни, доложил енаралу, что у Емельки Барбаша изба плоха и что не соблаговолит ли Алексей Абрамович явить отеческую милость и дать ему леску.
И вот теперь она живет в
деревне Проплёванной и дарит
старосте Максимушке, за самоотвержение, желтенькую бумажку…
В начале октября он уехал из
деревни, наказав
старосте вести хозяйство по заведенному порядку.
В
деревню он заглядывает недели на две в течение года: больше разживаться некогда. Но жена с детьми проводит там каникулы, и — упаси бог, ежели что заметит! А впрочем, она не ошиблась в
старосте: хозяйство идет хоть и не так красиво, как прежде, но стоит дешевле. Дохода очищается триста рублей.
Торг заключался. За шестьдесят рублей девку не соглашались сделать несчастной, а за шестьдесят пять — согласились. Синенькую бумажку ее несчастье стоило. На другой день девке объявляли через
старосту, что она — невеста вдовца и должна навсегда покинуть родной дом и родную
деревню. Поднимался вой, плач, но «задаток» был уже взят — не отдавать же назад!
Станции, таким образом, часа через два как не бывало. Въехав в селение, извозчик на всем маху повернул к избе, которая была побольше и понарядней других. Там зашумаркали; пробежал мальчишка на другой конец
деревни. В окно выглянула баба. Стоявший у ворот мужик, ямщичий
староста, снял шляпу и улыбался.
В седьмом часу утра прибыли из
деревни вытребованные мною
староста и понятые.
Как и все прежние года, во всех селах и
деревнях 100-миллионной России к 1-му ноября
старосты отобрали по спискам назначенных ребят, часто своих сыновей, и повезли их в город.
Соломонида лежала вытянувшись, со сложенными на груди руками. Баба дотронулась до этих рук и, взвизгнув на всю избу, как шальная бросилась вон. Прибежав в
деревню, она, конечно, всполошила всех.
Староста Архипыч с двумя крестьянами отправились в избу Соломониды и действительно убедились, что она умерла. Кот тоже оказался околевшим.
Архипыч с Никитой вышли из барского дома и направились по направлению к
деревне. Оба шли некоторое время молча. Первый нарушил молчание
староста...
Избушку заколотили до времени, хотя не было надежды, что найдется человек, который бы решился в ней поселиться. Она простояла бы так пустая, быть может, много лет, когда в Зиновьеве объявился беглый Никита. Когда возник вопрос, куда девать его на
деревне, у
старосты Архипыча, естественно, возникла в уме мысль поселить его в избушке Соломониды.
На него все жаловались — мать,
староста, соседи; его сажали в холодную, пороли розгами, били и просто так, без суда, но это не укрощало Якова, и всё теснее становилось ему жить в
деревне, среди раскольников, людей хозяйственных, как кроты, суровых ко всяким новшествам, упорно охранявших заветы древнего благочестия.
Староста уже видел барина, знал, что он в веселом духе, и рассказал о том кое-кому из крестьян; некоторые, имевшие до дедушки надобности или просьбы, выходящие из числа обыкновенных, воспользовались благоприятным случаем, и все были удовлетворены: дедушка дал хлеба крестьянину, который не заплатил еще старого долга, хотя и мог это сделать; другому позволил женить сына, не дожидаясь зимнего времени, и не на той девке, которую назначил сам; позволил виноватой солдатке, которую приказал было выгнать из
деревни, жить попрежнему у отца, и проч.
— Что ты, бог с тобою! — вскричала хозяйка. — Да разве нам белый свет опостылел! Станем мы ловить разбойника! Небойсь ваш губной
староста не приедет гасить, как товарищи этого молодца зажгут с двух концов нашу
деревню! Нет, кормилец, ступай себе, лови его на большой дороге; а у нас в дому не тронь.
Подчинив себе всех мальчишек в
деревне, я составил из них стрелецкое войско, роздал им луки и стрелы, из овина сделал дворец, вырезал и намалевал, с помощью моего воспитателя, царицу Наталью Кирилловну с сыном на руках и сделал их целью наших воинских подвигов.
Староста разорил было все наши затеи, называя меня беззаконником, висельником: я пошел со своею ватагою на
старосту, взял его в плен и казнил его сотнею горячих ударов.
Навязла она у меня в зубах, деревня-то эта, и благодарю господа, царя небесного, и сыт я, и одет, отслужил в драгунах свой срок, отходил
старостой три года, и вольный я казак теперь: где хочу, там и живу.
— Не слыхать чтой-то. Да без барыни кому же доктора добыть?..
Староста у них — мужичонко лядащий… опять же у него бахчи. Его и на деревне-то нет об эту пору.
На широкой и единственной улице
деревни толпился народ в праздничных кафтанах, с буйными криками веселья и злобы, вокруг казаков, которые, держа коней в поводу, гордо принимали подарки мужиков и тянули ковшами густую брагу, передавая друг другу ведро, в которое
староста по временам подливал хмельного напитка.
Солдат побежал в
деревню, взял
старосту, сотского и двух понятых.
На третий день моего путешествия я опоздал несколько выехать из
деревни, в которой господин шульц [
староста (Прим. автора.)], ревностный патриот и большой политик, вздумал угощать обеденным столом в моем единственном лице все русское войско.
Чухонцы, послышав об этих приготовлениях, заранее разевали рот от удивления и с нетерпением поджидали у своего окна, когда
староста или кубиас [Старшина в
деревне у латышей называется по-нашему
старостою, у чухонцев (или эстов) — кубиасом.].
Отец поцеловал у нее обе руки и отвечал, что на
деревне осталась всего одна корова у
старосты.
Думали сначала на цыган или на поляков, но ни цыган, ни поляков нигде не видали; потом падала мысль на поводырей слепого Нефеда, которые курили трубку, но Нефед и его слепой товарищ и их поводыри, оказалось, «пели Лазаря», где-то далеко у чудотворца на празднике, и тогда
староста Дементий — старовер и враг курения — подал мысль, что не виновен ли в этом кто-нибудь из молодых «трубокуров», и это первое подозрение Дементий обобщил с другими известными ему подозрениями насчет маленькой солдатки Наташки — шустрой бабенки с огромным renommée [Репутация(франц.),] всесветной куртизанки, из-за которой в
деревне было много беспорядка не только между молодыми людьми, но и между старыми.
Я помню, как отец один раз, придя к столу, за которым все мы сидели у вечернего чая, сказал матери, что сейчас, когда он распоряжался работами,
староста Дементий объявил ему, что мужики боятся сеять «яровые», потому что птичница Аграфена и другие старухи на
деревне «прорекают голод» и поэтому страшно, что семена в земле пропадут.
«Добрейшая душа! — говорил в одной
деревне староста, у которого торчала одна половина бороды (русский человек незлопамятен), — только больно сердцем горяч».
Без него подняли и понесли тело в дом; не спросясь его, священник отправился за нужными вещами в церковь, а
староста побежал в
деревню справлять подводу в город.
Она рассказала, что вскоре после того, как пали у нее две коровы, рыжонка и белянка, кузнец Дрон перестал таскаться по
деревне, и объясняла чудо тем, что брат тогдашнего
старосты, Силантий, раздосадованный, вероятно, ночными проказами кузнеца и желая вконец отвадить беду, раскопал его могилу, положил тело грешника ничком и вбил ему в спину длинный-предлинный осиновый кол.
Получив пять рублей, Лычковы, отец и сын,
староста и Володька переплыли на лодке реку и отправились на ту сторону в село Кряково, где был кабак, и долго там гуляли. Было слышно, как они пели и как кричал молодой Лычков. В
деревне бабы не спали всю ночь и беспокоились. Родион тоже не спал.
Лычковы, отец и сын, захватили у себя на лугу двух рабочих лошадей, одного пони и мордатого альгауского бычка и вместе с рыжим Володькой, сыном кузнеца Родиона, пригнали в
деревню. Позвали
старосту, набрали понятых и пошли смотреть на потраву.
Узнав ее желание, чтобы хозяйство шло несколько построже, он объехал все
деревни, выбил там самую старую недоимку, сменил и пересек нескольких
старост, докладывая ей о каждой мелочи и испрашивая на все ее разрешения.
Этот Павел Афанасьев был лет десять тому назад мажордомом [Мажордо́м — в богатых помещичьих домах старший лакей, заведовавший домашним хозяйством и остальными слугами; то же, что дворецкий.] у бабушки и пользовался особенным ее расположением; но, внезапно впав в немилость, так же внезапно превратился в скотника, да и в скотниках не удержался, покатился дальше, кубарем, очутился наконец в курной избе заглазной
деревни на пуде муки месячины [3аглазная
деревня —
деревня, в которой помещик не жил, получая доход с нее через
старосту или бурмистра.